Молодёжный форум Литературный форум

Объявление

Общество неизвестных поэтов.
Публикация стихов и рассказов
современные авторы
Классика
стихи известных поэтов
Литературный форум
общение без границ



КАК ПОМОЧЬ ФОРУМУ


ОБМЕН БАНЕРАМИ И ССЫЛКАМИ
Набор модеров! Хочешь стать модератором?ЗАХОДИ  СЮДА


СОЗДАЙ СВОЮ ГРУППУ И ПРИГЛАСИ ДРУЗЕЙ!


МАКСИМ - ПЕСНИ, КЛИПЫ


Сделай подарок любимой, закажи бесплатное стихотворение



- Вся техника здесь - купи - Стихи о любви.
()
Админ Lirik>>

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Молодёжный форум Литературный форум » На другие темы... » пролог к моей книге


пролог к моей книге

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

:yahoo: НЕ ПОЛЕНИТЕСЬ!!!!!!!!!!!!! :yahoo:
:clap: ОСТАВЬТЕ НЕБОЛЬШОЙ КОММЕНТАРИЙ,ПОЖАЛУЙСТА!!!!!!!!!!! :clap:
Пролог.
Шел сильный ливень. Крупные капли рассекали пыльный воздух, падали на кроны деревьев, разбивались о листья на более маленькие частички воды и продолжали свой путь-все ниже, ниже, ниже.… Все капли имели желтоватый оттенок- все они прошли через купол газа, зависшего над городом, все побывали в этом дерьме, которым мы дышим. Вот одна из этих капель становится красной…
Почему? Вернемся на секунду назад, и мы видим, что за нашей маленькой желтой капелькой летит более большая алая капля, она сразу бросается в глаза на этом скучном желтом фоне…
Откуда она взялась? Вернемся еще на миллисекунду назад, и мы наблюдаем, как алая капля отделяется от маленькой лужи на листике, который из-за нее поменял свой привычный цвет…
Вам, наверное, уже интересно, откуда взялась эта лужица? Для этого нам придется вернуться еще на миллисекунду назад, и тогда все становится ясно: с пальца человека стекает струйка крови. Три грамма этой жидкости и образуют нашу каплю, летящую в уже знакомую нам лужицу….
3 миллисекунды
2 миллисекунды
1 миллисекунда…
Сильный порыв ветра… и алая капля сталкивается с желтой, они объединяются в одну большую и… БАМС разбиваются о землю... трех миллиграммов крови и одного миллиграмма воды не стало, как и человека на дереве…
Теперь он стоит на земле, в руке дробовик, заряженный шестью патронами двадцать третьего калибра, а в глазах решимость и отсутствие какой--либо жалости... :D

Отредактировано серега (2006-02-14 22:46:54)

0

2

Ну а дальше?

0

3

кто следующий?
мне уже интересно? продолжение когда будет?

0

4

Свободная написал(а):

Ну а дальше?

дальше идет первая глава. но с прологом она не связана(пока)
мне бы хотелось знать,как выглядит мой пролог:стоит ли писать дальше... :yahoo:

0

5

Daft_Void написал(а):

кто следующий?
мне уже интересно? продолжение когда будет?

всмысле кто следующий?!
продолжение у меня готово-первая глава...5 страниц А4!!!!
спасибо что прочитал!!!!! :drinks:

0

6

Спасибо что написал!
IMO что конечно стоит!

0

7

Daft_Void написал(а):

Спасибо что написал!
IMO что конечно стоит!

ну раз стоит,то выставлю еще немного...
только продолжение не особо похоже на пролог,но все равно держите... :mad:

0

8

глава 1
Дембель

Когда тебя держат в клетке…
Когда тебе дают жрать дерьмо…
Когда ты получаешь по морде за то, что существуешь…
Жить хочется меньше, хочется сдаться и подохнуть…, но ты гнешь прутья клетки, чтобы выжить, ты ешь дерьмо и просишь добавки, и разбиваешь нос тому, кто мешает тебе жить.
У человека, как и у любого другого существа на нашей планете есть инстинкты. Инстинкт самосахронения - один из самых важных, он помогает защитить самое дорогое, что у тебя есть - твою жизнь. Человек приспосабливается к любой ситуации, если она угрожает его жизни. Возьмем, к примеру, банкира, посадим его на гору, где кроме травы ничего нет. Думаете, через неделю он не начнет жрать траву, по которой так долго ходил в поисках еды? Правильно, начнет, да еще и ветками будет заедать! А если мы запустим к нему собачонку, которая будет за ним бегать и кусать его. Что он сделает? Он убьет ее! Задушит  и съест, хоть она и будет сопротивляться и кусать его руки! А что если запустить собаку покрупнее? Он и ее убьет! Может она и отгрызет ему палец…,но он все же убьет ее. Но когда мы запустим Пит Буля, то псина загрызет нашего банкира, но он окажет достойное сопротивление, потому что его руки закалены в боях с двумя предыдущими собаками. Жизнь научит жрать дерьмо и рвать сети. Инстинкты помогут научиться…
Примером может служить банкир, а может человек сидящий за столиком в кафе - Громов Сергей Викторович. Ему двадцать два года, но в глазах, несмотря на шестьсот грамм водки в его организме, видна искра уверенности и опыта пришедшего от этой жизни - это был взгляд того человека, который даже если лежит раненый и истекает кровью, то внушает уверенность, доверие, спокойствие…. Ты знаешь: таких людей если даже сломают, то они соберут все силы, чтобы подняться. Таких людей не хватает в нашей стране…
Человек поднимает бутылку, на которой наклеена этикетка «русский стандарт». Его рука покрыта мелкими шрамами, а на костяшке указательного и среднего пальца видна свежая царапина -    эти руки имеют определенную закалку, полученную от этой жизни (только тут не собачки поработали, как с нашим банкиром). Рука наклоняет бутылку и наливает полную рюмку. Резкий рывок и в его крови циркулирует уже семьсот граммов водки. Следом в желудок попадает тоненький кусочек красной рыбы. После этой процедуры человек закрывает глаза и думает…, но не долго.
Секунду назад стул напротив него был пуст, но теперь он прогнулся под семьюдесятью двумя килограммами плоти. Сергей продолжал сидеть с закрытыми глазами. Он слышит, как поднимается его бутылка, слышит, как водка просачивается через фильтр, и только когда она опускается на стол, медленно открывает глаза. Перед ним сидит дед лет шестидесяти, крепко сложен, одет в длинное черное пальто, седые волосы зачесаны назад. Черные глаза уверенно смотрят на Громова.
- Кто разрешал?
Голос Сергея, несмотря на количество выпитого спиртного, был твердым и решительным.
- Имя, фамилия, отчество.
Дед произнес эти слова тихо и сухо, как шелестящая бумага. Они прозвучали не угрожающе, но убедительно. Сергей не успел сообразить, как его губы уже зашевелились. Раздался четкий и громкий голос:
- Сергей Громов.
И, как будто сразу опомнившись, Сергей добавил:
- А ты кто такой?
- Виктор.
Дед сразу поднял одну из двух рюмок:
- За знакомство.
Громов тоже выпил, потом посмотрел на собеседника и сказал:
- Тебе че надо?!
- Это тебе надо. Вот скажи, кем ты работаешь?
Тишина длилась буквально десять секунд, потом раздался хриплый голос Сергея:
- Дембель я…отгулялся.
- Знаю.
- Откуда?
- По тебе видно, посмотри на себя: керзачи, бушлат, да водка на столе.
- А че тогда спрашиваешь?
- Чтоб ты увидел, насколько ты беспомощен: один в городе Москва, тебе некуда идти, все твои деньги были выложены на этот шикарный стол с бутылкой водки и красной рыбой. У тебя есть только рюкзак с барахлом, он пнул лежащую на полу сумку, да собственная жизнь.
- Дед, вали отсюда. Не видишь, я на родину вернулся – не порть праздник.
Виктор достал из внутреннего кармана пальто конверт и бросил его на стол. Здесь мой адрес и деньги на такси, а то пешком ты, я чувствую, не дойдешь. Он встал и быстрым шагом направился к выходу.
Так Сергей Громов познакомился с Виктором…

* * *
:rolleyes: буду выкладывать по маленьким кусочкам... :rolleyes:

Отредактировано серега (2006-02-16 13:44:55)

0

9

* * *
Большая снежинка летит вниз, лавируя между такими же белыми точками, движется к своей цели – приземлиться, примкнуть к себе подобным и стать…
Странно, мы ведь для всего придумываем название. Волка называем волком, десять волков - стая. Человека называем человеком, сто человек - толпа. Мошку называем мошкой, тысячу мошек - рой. Снежинка приземлится, примкнет к себе подобным и станет…снегом – миллиарды снежинок. Но для начала надо добраться до земли, а сейчас, сбитая сильным потоком воздуха, она отлетела вправо на метр – пролетела ворона. Еще секунду назад эта снежинка летела прямиком в сугроб на обочине дороги. Она стала бы снегом, но теперь превратится в капельку воды…
Судьба может поменяться в любую секунду, а иногда ты сам можешь поменять судьбу, приняв то, или иное решение.
Прошла минута, как Виктор ушел из кафе. Сергей сидит и  смотрит в окно, его взгляд замер. За окном падают  большие хлопья снега – на улице четвертое февраля две тысячи шестого года. Одна из снежинок падает на стекло и растекается капелькой…
Спустя еще восемь минут Сергей вздрагивает, отводит взгляд от окна и смотрит на белый конверт. Поднимает обе руки и открывает конверт. В конверте двести рублей и бумажка с напечатанным на компьютере адресом. Сергей складывает пополам двести рублей и кладет в карман, затем он думает десять секунд и кладет бумажку в этот же карман. Встает, берет сумку и чуть-чуть пошатывающейся походкой выходит из кафе. Холодный поток воздуха встречает его лицо, взъерошивает черные волосы и оставляет холодные капельки снежинок на щеках.  Уличная прохлада освежает Сергея, и он чувствует себя намного лучше после душного кафе. Он ставит сумку промеж ног, застегивает верхнюю пуговицу бушлата, поднимает сумку и отправляется в путь по заснеженной дороге, вдоль шоссе быстрым, но периодически заносчивым шагом. На улице уже давно стемнело. Шумный город замолчал, тишину нарушали только изредка проезжающие машины.
У пьяного человека мозги встают на второе место, а тело на первое. Тело делает, а чуть  позже мозги начинают обдумывать, что сделало тело…
Тело Сергея продвигалось вдоль шоссе по заснеженной дороге. Движется, движется…
Стоп!!!
Начинает действовать мозг: куда я иду?
Тело продолжает двигаться: неизвестно,…но надо продвигаться.
Мозг не сдается: идти некуда! Нужно поймать машину и ехать к Виктору.
После небольшого разногласия, мозг подчиняет тело, и Сергей замедляет ход. Теперь он стоит на месте и смотрит на двух людей, приближающихся к нему. Оба крепко сложены, не высокого роста, на вид лет двадцать пять - тридцать, и оба подходят к нему. Грузины. Один из них говорит:
- Деньги, часы, мобила.
Второй добавляет:
- Давай, дорогой, и можешь идти дальше.
Стоп!
С этого момента  – это два хача, которые приехали в нашу страну, чтобы разорять, громить и уничтожать ее…
Сергей вспомнил случай произошедший с ним, когда ему было двенадцать лет. Ровно десять лет назад его рука первый раз выбила из человека кровь.
Была середина лета – июль. В Москве в это время года очень душно – в воздухе летает пух, над асфальтом, к которому часто прилипает наша обувь, из- за нехватки гудрона (экономят на всем), стоит дымка. Единственное спасение – это добраться до дома и принять прохладный душ, или дождаться вечера, и выходить на улицу. Именно в это время, когда солнце зашло, и дул слабый ветерок, Сергей со своим другом Левой сидел на лавке в небольшом дворике. Лева был старше Сергея – ему было шестнадцать. Он был достаточно мощного телосложения, несмотря на высокий рост, а на голове были светлые прямые волосы, которые, нельзя сказать, что были длинными, но он частенько поправлял светлую прядь, спадающую ему на глаза. Когда Лева слишком часто зачесывал свой надоедливый локон за ухо, то у Сергея возникало желание, взять ножницы и отрезать эту прядь.
Они сели передохнуть после трудного дня. Оба ели мороженое – стаканчики за пять рублей. Десять рублей – это все, что осталось от сбережений Сергея, потраченных на наручные часы, которые лежали между ними в праздничной упаковке. И теперь эти десять рублей превратились в стаканчики мороженого. Сергей посмотрел на упаковку с часами, затем перевел взгляд на Леву:
- как ты думаешь, ей понравится?
Лева откусил большой кусок талого мороженого, неспеша прожевал. Он машинально забросил спавшую прядь волос на место и повернулся к Сергею:
- Ты что дурак совсем? Ты ведь сам говорил, что у твоей мамы нет часов!
- У нее и вправду нет часов.
- Ну, вот и все - вопрос решен. Конечно, понравится.
Слова Левы успокоили его, и он снова вернулся к своему стаканчику. Сергей доел мороженое, вытер руки и…
…И увидел перед собой мальчонку лет семи.
- Мелочи не будет?
Сергей показывает рукой на праздничную упаковку на лавке и говорит:
- Нет. Все деньги на часы потратил.
- А на какие, тогда мороженое жрете?!
С этими словами он разворачивается и убегает к группе ребят, которые стоят в шестидесяти метрах от лавочки Сергея и Левы.
Сергей поворачивается к своему другу и спокойным, ровным голосом говорит:
- Говнюк маленький.
Лева не, отводя взгляда от группы ребят, отвечает:
- Зря ты про часики сказал.
- Почему?
- Серег, а ты когда-нибудь дрался?
В глазах Сергея мелькнула искорка недоумения:
- К чему ты это спра…
Его губы захлопнулись на полуслове, а глаза проследили за взглядом Левы – трое направлялись к ним. По центру шел самый высокий, примерно на голову выше Сергея, и, наверное, самый старший. Слева - толстый парень с кудрявыми волосами, лет шестнадцати, а справа…правый был похож на Сергея ростом …, на этом сходство заканчивалось, он был широкоплеч, а рыжая обтягивающая футболка хорошо это подчеркивала. Между двумя друзьями и троицей оставалось пятьдесят метров.
- Нет, ни разу.
Честно ответил Сергей. Лева поднял упаковку с часами и засунул ее в задний карман джинсов.
Сорок метров.
- Им нужны часы. Хочешь их отдать?
- Нет.
- Правильно.
Тридцать метров.
Дальше Лева говорил быстрым, тихим и внушающим шепотом, от которого у Сергея пробежал холодок по спине – он осознал, что скоро что-то случится, и это что-то неизбежно.
- Когда я шибану длинного, постарайся одновременно со мной ударить того, в рыжей футболке, толстый не полезет. Бей под нос – крови будет много, но ты не останавливайся и бей в ухо, чем сильней, тем лучше.
Двадцать метров.
Лева поворачивается к Сергею и смотрит ему в глаза:
- Бей со всей силы… и помни, что ты два месяца на эти часы копил.
Десять метров.
Пять метров, и длинный заорал хриплым голосом:
- Какого хрена здесь третесь, уроды?! Это мой двор!
Подул слабенький ветерок. От переизбытка адреналина в крови, тело Сергея начало потихоньку дрожать. У него еще было ощущение, что все можно решить мирным путем…, но это ощущение длилось только до следующей фразы длинного.
- Давайте часы, и валите отсюда!
Сергеем овладела ярость - теперь ему не нужен мирный путь. Лева поднес недоеденный стаканчик мороженого к урне, которая стояла рядом с лавкой, перевернул стаканчик. Белая капелька отделилась от талого мороженного и разбилась о дно урны, затем Лева разжал пальцы, и полстаканчика полетело за капелькой…шлеп – дно урны в белых брызгах.
Эта процедура длилась в течение десяти секунд, и все десять секунд троица молча наблюдала за Левой. Затем Лева вытер руки о джинсы, и, закинув прядь белых волос за ухо, тихим ровным голосом сказал:
- Серег, я даже мороженое не успел доесть.
С этими словами он резко вскочил и, оттолкнувшись от лавки ногой, с размаху ударил длинного под нос…ШЛЕП – звук от столкновения кулака и носа, напоминал звук от столкновения дна урны и мороженого, только в десять раз громче. И брызги были не белые, а алые, потому что это не молоко, а артериальная кровь, бьющая фонтаном из носа.
Тишина…, но тишина длилась ровно три секунды, ровно три раза дернулась секундная стрелка часов, которые лежали в заднем кармане джинсов у Левы, и кулак Сергея обрушился на остолбеневшего пацана в рыжей футболке. Сергей целился под нос, но кулак проскользил по подбородку и врезался в шею. Это как-будто привело в чувство широкоплечего пацана, и он ударил Сергея в солнечное сплетение с такой силой, что он отлетел и сел обратно на лавку. Парниша снова приблизился к Сергею и сделал замах, готовясь превратить его лицо в поле боя, но загнулся – Лева с размаху ударил его локтем согнутой руки. Сергей согнул свою ногу и резко выпрямил ее, сломав подошвой кроссовка нос нападающему. Тело в рыжей футболке пошатнулось и без чувств упало на землю. Увидев это приземление, Лева повернулся к длинному – тот все держался за нос, кровь немного приостановилась, схватил его за шею и прижал лицом к скамейке:
- Это твой двор говоришь?
- Д-д-да…
-  Так вот, твой двор находится в моем городе, ублюдок!
Тело Сергея уже не дрожало, он сидел на лавке медленно осматривал окружающую его обстановку: слева лежала и заикалась голова длинного, над ней склонилось перекошенное от ярости лицо Левы, прядь волос свисла и болталась из стороны в сторону, но в этот момент Сергею меньше всего хотелось осуществить свою мечту – отрезать ее. Взгляд Сергея остановился на обмякшем теле, которое лежало перед его ногами, чего-то не хватало…, а не хватало толстого. Лева был прав – толстый не только не полез в драку, его уже не было во дворике, он сидел в своей квартире и,  забившись в углу, дрожал всем телом, только не от переизбытка адреналина в крови, а от страха.
Так сказал Лева, а Лева всегда был прав.
Это был именно тот человек, благодаря которому руки Сергея начали приспосабливаться к этой жизни.
Вернемся в две тысячи шестой год.
Сергей Громов стоит на заснеженной дороге, перед ним два человека, которые требуют от него то, чего у него нет. Алкоголь резко прекращает свое действие. В его крови как - будто произошла невообразимая реакция замещения, и за место алкоголя в крови теперь циркулирует адреналин. В его добродушных пьяных глазах зажигается огонек ярости, и пару секунд спустя это уже не огонек, а два ярких очага ненависти. Сергей любит этот город – свою родину, любит русских людей – живущих в этом городе. В этом и была главная ошибка нападающих – не трогай льва на его территории…
Кулак Сергея отточенным, ровным движением бьет точно в цель - под нос. Из носа потекла тоненькая струйка крови. Это были здоровые мужики, но Сергей оказал сопротивление по двум причинам. Первая – его переполняла ненависть. Вторая – он не боялся, ни мощного вида нападающих, ни количества - двое на одного.
Его друг Лева говорил: «Не смотри на грозный вид противника, не обращай внимания, на сколько старше тебя твой противник и, главное, не считай противников – они все как стержни, все одинаковые, а любой стержень можно сломать. Если будешь биться с тридцати летним скачком, который выше тебя на две головы, и увидишь в нем обычный стержень, а не гору мышц, то может, и не выиграешь бой, но проиграешь из-за физического неравенства, а не из-за страха, прижавшего тебя к земле. Завалить можно не каждого человека, но ты можешь сломать стержень любой толщины».
Так сказал Лева, а Лева всегда был прав.
Ярость ослепила Сергея – он не видел перед собой людей, перед ним были два стержня. Резкая боль пронзила его губу, но она сразу стихла. Сергей схватил руку, причинившую ему мимолетную боль, и резко вывернул, оказавшись за спиной ее владельца. Кулак Сергея сжался, и три мощных удара в ухо обрушились на голову грузина. Но вот второй противник, оправившись от удара в нос, заходит сзади и, схватившись за плечи Сергея, валит его на снег. Громов беспомощно лежит на земле и отбивается от града ударов, острые носки ботинок впиваются в его ребра.
Один удар.
Второй удар.
Третий…
На Сергея Громова падает снег…, много снега - желтая «Волга» на большой скорости свернула с шоссе и выехала на тротуар, сбив при этом большой сугроб снега. Из машины вылезает мужчина с резиновой дубиной и, размахивая ей, как самурай ятаганом, бежит к Сергею:
- Уроды!
Кричит он, и его палка со всего маху врезается в лоб, остолбеневшего грузина. Второй подхватывает своего падающего товарища, и получает палкой по почкам. Мужчина помогает Сергею подняться, поднимает его сумку, и ведет к машине. Сергей садится на заднее сиденье и ставит сумку промеж ног. Мужчина, увидев, что Сергей благополучно сел, залезает в машину и закуривает сигарету. Он делает две тяги и спрашивает:
- Куда едем?
Машина тронулась, забуксовала и выехала на дорогу. Сергей молчит.
- Эй, ты в порядке?
Тишина длилась не долго, Сергей достал из кармана помятую бумажку с адресом Виктора и показал ее водителю.
- Сюда, если можно.
- Не вопрос. Тут не далеко.
Водитель повернулся и, смотря на дорогу, начал разговор, по большей части сам с собой, чем с Сергеем Громовым:
- Вот уроды! Развелось их, черножопых! Куда не глянь везде говно, скоро будет не Москва, а хачляндия! Ладно, на рынках сидят, так они наш русский народ долбят и грабят. Вот уроды!
Веки Сергея начали постепенно опускаться…
Голос водителя, который возможно спас его жизнь, постепенно отдалялся, становился все тише, тише и тише…
Сергей уснул.
Жизнь может поменять твою судьбу в любую секунду - подсунув тебе двух хачей на дороге. А иногда ты сам можешь поменять судьбу, приняв то, или иное решение - дать водителю такси, адрес человека, которого ты не знаешь.

* * *

0

10

* * *
Проснулся он оттого, что водитель, перегнувшись через свое сиденье, толкал его за плечо:
- Подъем солдат – приехали.
Машина стояла перед подъездом кирпичного девятиэтажного дома.
Сергей встрепенулся, смотрел секунды три недоумевающим взглядом на сидящего за рулем человека. Потом все вспомнил, улыбнулся и сказал:
- Спасибо тебе, шеф. Выручил.
Достал из кармана двести рублей, вручил их водителю и быстро вышел из машины, захлопнув дверь. Аккуратно поднимаясь по недавно отреставрированным ступенькам, чтобы не оставить следов на свежем растворе, он услышал сзади голос водителя:
- А сдачу забрать не хочешь?
Сергей махнул рукой:
- Забудь. Я тебе еще должен остался.
Машина отъехала.
Сергей достал из кармана уже помятую бумажку, развернул и набрал код. Дверь быстро запищала. Он вошел, и его глаза снова вернулись к бумажке. Квартира находилась на первом этаже – так что поиски не затянулись. Его рука поднялась, палец медленно прижался к кнопке звонка…
«Судьба может поменяться в любую секунду, а иногда ты сам можешь поменять судьбу, приняв то, или иное решение…» - это была предпоследняя мысль, проскочившая у Сергея Громова за сегодняшнюю ночь. Палец надавил на кнопку.
Через пять секунд дверь открылась, на пороге стоял Виктор:
- Заходи.
Сергей Громов молча прошел мимо деда, бросил сумку на пол и начал разуваться. Было видно, что квартира заставлена с хорошим вкусом и за хорошие деньги, в основном здесь преобладали вещи из IKEA. Он стоял в коридоре, из которого выходили две двери, одна из них была открыта – она вела в просторную комнату с кожаными диванами. Виктор открыл вторую дверь и указал на кровать, заправленную чистым пастельным бельем:
- Здесь ты будешь спать.
«Он меня ждал…» - это была его последняя мысль.

:rolleyes: пока все :rolleyes:

0

Похожие темы


Вы здесь » Молодёжный форум Литературный форум » На другие темы... » пролог к моей книге