Молодёжный форум Литературный форум

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Когда весна

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Когда весна

Алиса была довольно странным ребенком. В отличие от старшего брата Антона, шумного, шебутного, всеобщего любимца, она всегда находилась в тени и старалась не привлекать к себе внимания.  Напрасно ее мать считала, что с походом Алисы в школу что-нибудь в этом плане изменится. Когда в школу пошел Антон, там его жажда быть в гуще событий проявилась еще сильнее.  А Алиса же, напротив, в незнакомом коллективе стала еще более молчаливой и стеснительной. Хотя нет, стеснительностью это назвать было нельзя. Она редко краснела, просто создавала минимум шума.  Одноклассники подшучивали над ней, называя  ведьмой, за черные длинные волосы, всегда заплетенные в две прямые косы, и чистые голубые глаза. Она была необщительной и молчаливой. В то время, когда девчонки из ее класса уже начали красить глаза и губы и громко шептаться на уроках, с кем они вчера целовались за гаражами во дворе и как это было, Алиса по-прежнему сидела одна за третьей  партой, погруженная в свои мысли. Она очень хорошо училась и давала списывать - за это ее начали уважать и перестали издеваться. Постепенно даже обзавелась одной подружкой, троечницей Шурочкой, с которой они изредка разговаривали и иногда уходили домой  вместе. Все этого продолжалось до девятого класса.
Однажды утром она пришла в школу не такая как обычно. Глаза ее блестели интересом, волосы были распущены по плечам длинными, прямыми, как стрелы, прядями, а на щеках играл румянец, будто она только вернулась с мороза. И еще, она улыбалась. Девчонки за ее спиной шушукались, глядя на нее, а она не обращала на них внимания. На одной из перемен к ней подошла Шурочка и спросила:
- Алис, что-нибудь случилось?
- Случилось, - жеманно ответила она.
Потом прозвенел звонок на урок, и договорить они не смогли. На злость Шурочки и ликование Алисы. Она не привыкла делиться своими мыслями и чувствами, а потому отвечать на расспросы Шурочки не имела никакого желания.
Потом постепенно это забылось, и Алиса снова стала незаметной. Только теперь на ее лице то и дело появлялась улыбка. Девчонки шептались: «У нашей Алиски появился поклонник!» Причем делали это так, чтобы Алиса услышала и прокомментировала. Но она решительно не обращала на них внимания. Одноклассник Алисы, Петя, стал все чаще ловить на себе взгляды Алисы и не понимал, в чем дело. Мальчишки подтрунивали над ним, спрашивая, как так у него получилось растопить сердце такой холодной девушки. Петя все время удивлялся. После очередного шушуканья на тему «У Алиски появился поклонник!» она не выдержала и крикнула на них, чтобы они замолчали. Они притихли, полагая, что не стоит связываться со злой девушкой.
С этой фразой они попали точно в цель, только наоборот. У Алисы не было поклонника или ухажера, она сама была им. Она влюбилась. Ее избранником стал тридцатичетырехлетний мужчина, с мягкими, словно бархатными, карими глазами. Он был знакомым ее отца. Когда он впервые появился у них дома, она посчитала его глупым клоуном, потому что он все время рассказывал какие-то анекдоты и байки. Все над ними смеялись. Только Алиса не смеялась. Она кое-как высидела за общим столом полчаса, натянуто улыбаясь, а потом ушла к себе в комнату, где просидела весь остаток вечера. В тот момент показался ей шутом, но спустя некоторое время Алиса стала замечать за собой, что стала искать повсюду карие  глаза.
В следующий раз, когда она увидела его,  задорно улыбающегося на пороге их квартиры, она покраснела и, улыбнувшись, скрылась у себя в комнате. Потом заставила-таки себя выйти из комнаты и чуть дольше задержаться на кухне, где он и ее родители что-то обсуждали. Ей хотелось все время смотреть на Вадима и неотрывно слушать его.  Но чтобы никто ничего не заподозрил, она, быстро взяв все, что требовалось, ушла к себе.
А потом была весна. У Вадима был День Рождения. Родители, взяв Алису и Антона отправились к имениннику домой. Так Алиса узнала, что Вадим – отец ее одноклассника, Пети. Петя давно ей нравился, но гораздо меньше, чем его отец. Весь вечер тогда Алиса проговорила с Петей, пытаясь понять, насколько он похож на Вадима. Петя был интересным человеком, конечно, не таким интересным и веселым как его отец, но что-то приятное в нем определенно было.
На следующий день в школе Петя подошел к ней и попросил после уроков помочь ему с новой темой по биологии, которую он якобы не понял. На самом деле ему просто хотелось пообщаться с Алисой. Накануне вечером он узнал совсем другую Алису, не такую, какой обычно она была в школе. Оказалось, она умеет смеяться над его шутками, да и сама знает много интересных историй, а еще ей очень много известно о музыке и кино. Алиса согласилась. Так они начали общаться. Сначала как друзья. Алиса на правах его подруги стала часто появляться в доме Вадима, ну а так как она приходила к ним домой днем, дома обычно была только его жена, мать Пети, добрая Нелли, которой Алиса завидовала всей душой. С Петькой же они были просто хорошими друзьями. Они вместе ходили в школу,  вместе уходили из школы, иногда вместе гуляли и по вечерам перезванивались. Так продолжалось до самых летних каникул. А потом они расстались. Алиса уехала на лето к бабушке в деревню, а Петя остался в городе с родителями.
В отличие от Пети, считавшего дни до ее возвращения, для Алисы три летних месяца пролетели незаметно: один день был непохож на другой.  Целыми днями она пропадала в роще неподалеку от бабушкиного дома, где она читала книги, или на реке, где она загорала и купалась. Иногда вечерами ходила в клуб на дискотеки.  О Пете вспоминала не часто – почти не оставалось времени, особенно после того, как однажды на реке познакомилась с Веней. Их знакомство произошло довольно странно. Веня обидел подругу Алисы - соседку Ленку. Алиса решила ее защитить и принялась ругаться с ним. В какой-то момент Веня понял, что не может переговорить Алису – такой был мощный поток ее слов. И тогда он рассмеялся и спросил ее имя. Так они и познакомились. И стали общаться. Веня практически заменил ей Петю. А потом выяснилось, что он влюбился в нее. Для Алисы это стало неожиданностью. Ну не могла она понять, как так мог Веня, ее лучший друг, так ее предать – влюбиться! Но самое обидное, что она теперь не знала, как себя с ним вести – она больше не могла рассказывать ему абсолютно все, как делала это, когда он был просто другом. Теперь, когда они вместе гуляли, это уже была не просто прогулка, а самое настоящее свидание. Она больше не могла ходить в клуб одна и танцевать с разными мальчиками – Веня непременно бы обиделся. Поэтому когда он предложил ей встречаться, она сказала, что согласится только при одном условии (это она выяснила у более опытной в таких делах Ленки) -  он не должен ущемлять ее свободу. Вене это показалось немного странным, но так как Алиса сильно ему нравилась, он согласился. Так  они перестали быть просто друзьями, а стали тем, что именуется «парой». Сначала Алисе было неловко от того, что теперь они с Веней ходили, взявшись за руки. А потом она привыкла и даже перестала обращать на это внимание. Такое же странное ощущение она испытала от того, когда Веня впервые поцеловал ее. Сначала она хотела оттолкнуть Веню и убежать от него, но Алиса подумала, что он наверняка обидится, и потому отказалась от этой затеи. 
Но все когда-нибудь кончается, так подошло к концу и это лето. Алиса собиралась домой. Когда она собирала вещи, ей почему-то вспомнился Вадим. Ей снова захотелось увидеть его, услышать от него очередную занимательную историю, заглянуть в бархатные глаза. Поэтому, увидев у ворот Веню, сильно отличавшегося от Вадима, она коротко бросила ему сухое «Пока!» и села в машину отца. Машина тронулась, и Алиса смотрела в окно на удалявшегося Веню, по-прежнему стоявшего у ворот  с непонимающим видом. «Обиделся, - думала Алиса. - Ну, и пусть!» Она слишком много за это лето заботилась о чувствах других, почти забывая о себе самой. 
По возвращении домой ее так закружили заботы о подготовке к школе, что Алисе некогда было думать о Вене, вечером накануне ее отъезда в город сказавшего ей «Я тебя люблю. И буду ждать. Всегда», и о том, хорошо ли она поступила, так плохо с ним попрощавшись. Иногда, еще летом, она задумывалась о своих чувствах к нему. Нельзя сказать, что она была влюблена в него  или  что он очень уж ей нравился. Она испытывала к нему какое-то странное, братское чувство, которое она в дальнейшем классифицировала для себя так: «ближе, чем лучший друг, и дальше, чем любимый человек». Все гораздо проще было с Петей – он оставался ее лучшим другом, во всяком случае, на момент ее возвращения из деревни. А с Вадимом все было совсем просто – Алиса его любила.
Наступила осень. Пришла пора возвращаться в школу. У них, девятиклассников, не добавилось никаких новых предметов, и все в их старенькой школе осталось по-прежнему, за исключением лишь того, что английский у них теперь преподавала новая  учительница - молодая Маргарита Викторовна, с длинными рыжими волосами, доброй улыбкой и привычкой называть каждого ученика на «вы». С Петей Алиса по-прежнему общалась так, будто никуда и не уезжала. Казалось, ее отъезд как-то повлиял на Петю, который при первой же встрече бросился к ней обниматься с криком: «Алиска! Я соскучился-а!» Он едва не сбил хрупкую Алису с ног, и она заметила, что он довольно сильно изменился за лето: он стал выше ее почти на голову, голос его стал жестче и глаза его теперь горели каким-то странным огнем. Его буйные объятия Алиса объяснила тем, что он – ее лучший друг и они действительно долго не виделись. Задуматься о многом ее также заставила реакция Пети на тот факт, что она летом встречалась с Веней. Увидев снимок, где они сидят на скамейки в обнимку, он спросил напряженным голосом:
- Что это еще за идиот тебя обнимает?
- Это, Петь, не идиот. Это Веня. Мой… друг, - слегка замявшись, ответила Алиса.
- А почему на этом снимке вы вместе танцуете, и он так по-хозяйски держит тебя за талию? – рассерженный Петя, ткнул пальцем в снимок, сделанный на одной из дискотек. – Какое это он имеет право так за тебя держаться?
- Такое. Мы с ним встречались.
- Встречались? – лицо Пети резко приобрело белый оттенок. – Что, прямо как парень с девушкой?
Алиса кивнула.
- Что, и целовались?
Алиса снова кивнула.
Петя замолчал, он будто впал в оцепенение. Видимо, он не ожидал такого от нее. Он смотрел в одну точку на полу и молчал.
Алиса тоже молчала. Она не знала точно, что может означать такая реакция, но примерно догадывалась.
- Петь, ну ты что, обиделся, что ли? Да ладно тебе дуться, можно подумать, ты в мое отсутствие здесь ни с кем не встречался. Да и потом, мы же с тобой просто друзья.
- В том-то и дело, что мы не просто друзья, а лучшие друзья. А я здесь ни с кем не встречался, - гнев его почти прошел, но нижняя губа была обиженно оттопырена. – Я…
- Что? – спросила Алиса. Она чувствовала, что он хочет сказать ей что-то важное.
- Да ладно, это уже не важно.
После этого разговора Алиса больше ни разу не возвращалась к теме отношений между парнем и девушкой.
Начался новый учебный год, объем их домашнего задания сильно увеличился, относительно того, каким он был в восьмом классе. Постепенно разговор с Петей о Вене забылся, и они снова стали вместе ходить в школу, покидать ее, перезваниваться по вечерам и гулять.
Однажды вечером в квартире Алисы раздался звонок. Алиса по обыкновению вышла из своей комнаты на звук звонка и застыла как вкопанная. В прихожей разувался Вадим, а позади него – Петя, которого она заметила далеко не сразу. Она как зачарованная смотрела на Вадима. Летом в деревне, вдали от шумного города, где почти все напоминало о нем, Алисе иногда казалось то, что она к нему чувствует – лишь легкая симпатия, и ничего больше. Но сейчас, когда она опять увидела его, Алиса поняла, что это мощное, большое чувство, от которого она не в силах избавиться самостоятельно. Казалось, она могла бы простоять так, глядя на него и слушая свое сердце, целую вечность, но Петя отвлек ее. Его громкий голос вернул ее к действительности. Они прошли в ее комнату, Петя сел на диван и стал что-то оживленно рассказывать ей, а она стояла у стола и смотрела на сгущающиеся сумерки, почти не слушая его, а думая о чем-то своем. Этим чем-то своим в тот момент был Вадим, который, услышав ее робкое «Здравствуйте, дядя Вадим», улыбнулся и сказал:
-  Привет! Хорошеешь на глазах, Алис. Завидую иногда Петьке – мне бы такую подружку.
Алиса покраснела и ушла к себе в комнату в сопровождении улыбающегося Пети.
Она все также стояла у стола, глядя в окно, но мысли ее были очень далеко отсюда. Она представила, как было бы здорово, если бы они с Вадимом были такими же хорошими друзьями, как с Петей. Вот они вместе идут по осенней аллее, усыпанной желтыми листьями, он рассказывает ей о далеких странах, где ему бы хотелось побывать вместе с ней, а она в ответ улыбается и говорит о том, как сильно она его любит. Вадим берет ее на руки и кружит в воздухе. Все прохожие удивленно оборачиваются на них и улыбаются. Алиса смеется и целует его. Осеннее солнышко слепит ей глаза, и она жмурится. Но вдруг резко солнце сменяется откуда ни возьмись появившейся тучей, и на ее лицо падают крупные капли дождя.
- Алиса!
Девушка вздрогнула и открыла глаза. Петя больше не сидел на диване, а стоял, склонившись над ней. Рядом стояли ее напуганные родители, Антон, Вадим, двое каких-то людей в белых халатах. Сама она почему-то лежала на полу, а лицо у нее было мокрым. Только сейчас она заметила у мамы в руках банку с водой.
- Очнулась, - сказал один из врачей.
- Жить будет, - констатировал другой. – Но я думаю, что ей придется провести несколько дней под наблюдением врачей и получить несколько капельниц. Я уверен, все будет в порядке.
- Это неопасно? Ее жизни больше ничего не угрожает? -  выяснял папа, а мама упала на колени рядом с только что очнувшейся Алисой.
- как ты себя чувствуешь, доченька? Ничего не болит? – спросила она, гладя ей голову.
- Нормально. Но что случилось? как сюда попали эти люди? – недоумевала Алиса.
- Ты потеряла сознание, Петя испугался и позвал нас. Мы вызвали скорую. Врачи смогли привести тебя в чувство, - объяснила ей мама. – А сейчас ты поедешь в больницу, мы с тобой, конечно, тоже. Тебя осмотрит врач, ты сдашь анализы, и мы поймем, что стало причиной твоего обморока.
Так Алиса оказалась в больнице. Ее положили в одну палату с тихой 13-ти летней девочкой, носившей очки. Фельдшер скорой помощи, сказавший, что ей предстоит провести всего несколько дней в больнице, обманул Алису – она провела там уже неделю, но выписывать ее никто не собирался. Каждый раз, когда ее вызывали к доктору на осмотр, находились причины, которые не позволяли выписать ее – высокая температура, бледный вид, слабость, неготовые анализы, результаты анализов, не понравившиеся доктору и т.д.  Она уже начала подумывать о том, чтобы сбежать из отделения.
Время тянулось нереально долго, каждый из дней был до безобразия похож на предыдущий – рано утром измерение температуры, позже – завтрак, прием каких-то лекарств, процедуры (чаще всего это была капельница, электросон или кислородный коктейль), потом обед, прием лекарств, четырехчасовой «тихий час»,  свободное время, когда можно было посмотреть старенький телевизор в холле, потом ужин, опять прием лекарств, немного свободного времени и отбой в 21.00. Сначала все бесило Алису в этой больнице – сероватый цвет застиранных халатов толстых медсестер, спокойствие стареньких нянечек, тишина и пустота коридоров во время «тихого часа», невкусная еда, большие таблетки (которые приходилось раскусывать, чтобы проглотить), дурацкий электросон (на который надлежало ходить в другой корпус по холодному коридору), многочисленные капельницы (от которых болели руки), жесткая кровать, неинтересный  пейзаж за окном, скучный распорядок дня. Но потом Алиса немного привыкла и научилась преодолевать трудности. Попросила родителей принести ей плеер, множество дисков, батареек, журналов. Она подружилась с нянечками и те, как самому старшему ребенку в отделении, разрешали ей на «тихом часу» покидать палату и смотреть телевизор. Еще одной радостью для нее становились приходы Пети. Они вместе гуляли по прилежащей к больнице территории и разговаривали обо всем на свете. В такие моменты Алиса считала Петю тем, кто больше чем лучший друг. Но время, отведенное на их встречи, всегда было коротким, и после окончания их прогулок Алиса возвращалась в отделение. Ее соседка по палате была молчаливой и мрачной, поэтому Алиса почти не общалась с ней. Вскоре она осталась в палате одна, т.к. девочку выписали. Но одиночество  ее длилось, к счастью, недолго – вскоре к ней положили Веру, шумную, веселую блондинку, которая была старше ее на несколько лет. Вера слушала хард-рок, громко смеялась, дерзила нянечкам и курила. Они с Алисой быстро сдружились и стали неразлучны -  ходили всегда вместе и заразительно смеялись над какими-то своими шутками. Вера научила Алису курить, выслушала историю ее отношений с Веней, дружбы с Петей, влюбленности в Вадима. Дала ей кое-какие наставления, например, если Петя предложит ей встречаться (а так, по словам Веры, и будет) сразу же соглашаться, ведь так она получит шанс максимально приблизиться к Вадиму. Еще она сказала, что ей стоит «обязательно помирится с Веней», поскольку «парни – такие сволочи, которые обязательно подведут тебя, не поддержат в трудную минуту». Алиса также узнала от Веры, что признания в любви – серьезном чувстве – не стоит раздаривать направо и налево, а хранить в сердце для по-настоящему хорошего человека, без которого она не представляет жизни. Правда, она не совсем поняла смысла такого высказывания, но все же решила взять это себе на заметку. А потом настал счастливый для Алисы день – ее наконец-то выписали. Расставаться с Верой, к которой она очень привязалась, было, конечно, тяжело, но они обменялись номерами телефонов и договорились потом встретиться «на воле».
Алиса после выписки вернулась в школу, довольно легко справилась с обрушившейся на нее горой домашних заданий и новых тем, уладила проблемы с учителями. Продолжились их с Петей прогулки и звонки по вечерам. Алиса чувствовала, что после больницы он стал ей еще ближе, еще дороже, чем был.  Только иногда ее смущало его довольно странное поведение: посередь их беседы он иногда замолкал на какое-то время, смотрел ей прямо в глаза, а потом продолжал разговор. Иногда он пытался взять ее за руку, но тут же отдергивал свою ладонь от ее, будто боялся обжечься. Алиса видела, что в Пете идет какая-то внутренняя борьба, что он пытается что-то ей сказать, но у него ничего не получалось: то его речь что-то прерывало, то кто-нибудь оказывался рядом. Надо сказать, после ее знакомства с Верой, Алиса стала более уверенной в себе (а может, это было просто следствием  курения) и даже стала лучше понимать себя и свои чувства. Она поняла, что Петя дорог ей как друг, как человек, собеседник, а Вадим – нравится ей именно, как существо противоположного  пола, и с этим она ничего не могла поделать. Она многократно представляла себе, как он целует ее, но, когда возвращалась к реальности, видела перед собой лишь Петю.
Все шло своим чередом, приближался Новый год, крыши домов, машины и деревья покрылись ровным слоем белого снега, витрины магазинов украсили мишурой. Петя по-прежнему был ее лучшим другом, а она по-прежнему все время думала о Вадиме. Но однажды все изменилось. Вечером, когда уже темнота опустилась на город, и снежинки красиво кружились в свете фонарей, Алиса и Петя шли домой после долгой прогулки. Они шли и беседовали. как-то незаметно разговор зашел об их любимых местах в городе. Алиса сказала, что у нее это центральная площадь, где летом здорово кататься на роликах. А Петя почему-то остановился, и в свете фонаря Алиса заметила, как глаза его сверкнули азартом. Потом он продолжил свой путь, но в другом направлении, ничего не объяснив ей. Алиса поспешила за ним.
- Куда мы идем? – спросила она.
- Я хочу показать тебе свое любимое место в нашем городе, - ответил Петя.
- А это далеко?
- Нет. В паре кварталов отсюда. Я уверен, тебе понравится, - он улыбнулся. Но улыбка у него была не такая, как всегда. В ней читалась какая-то тайна, загадка и необъяснимая радость.
Больше ни о чем его Алиса спрашивать не стала, и они шли молча. Шли по дворам, Петя смело шагал впереди, а Алиса семенила за ним.
- Долго еще? – наконец спросила она, когда почувствовала легкую усталость.
- Почти пришли.
Они свернули в какой-то переулок и зашли в подъезд незнакомого Алисе дома. Петя зашел в лифт, она последовала его примеру. Он нажал на кнопку, и кабина поехала на
16-й этаж.  Двери открылись, и Петя пошел еще выше по лестнице, Алиса поняла, что он идет на крышу. Люк наверх оказался открыт и Петя, поднявшись сам, помог залезть Алисе. Он уверенно пошел к краю крыши, увенчанной полуметровой решеткой – ограждением. Алиса, немного волнуясь, пошла за ним. Петя остановился у решетки и стал смотреть куда-то вдаль.
- Это что же, и есть твое любимое место в городе? – с легкой досадой в голосе спросила Алиса.
- Да, - взгляд Пети был устремлен вперед. – Смотри. И ты тоже его полюбишь.
Алиса последовала его  примеру, тоже посмотрела на город. И ахнула – такой красивый открывался отсюда вид. Небо было темно-синего цвета, внизу мелькали прохожие, световой рекой тек поток машин по дороге,  желтыми огоньками красиво светились окна домов.
- Это место мне когда-то давно показал отец, - хрипловатым от волнения голосом сказал Петя. – Я потом часто бывал здесь один. Я все мечтал, что когда-нибудь однажды покажу тебе его, и ты полюбишь его так же, как я.
- Твоя мечта сбылась, - ответила ему Алиса, слегка шокированная тем, что Петя, оказывается, мог быть таким милым. – Я теперь тоже люблю это место, как и ты.
Она посмотрела на Петю, а потом снова на город. Вдруг он приблизился к ней так, как никогда не приближался. Она снова взглянула на него, глаза его опять горели странным огнем. Алиса улыбнулась, Петя нагнулся и поцеловал ее. Сколько времени длился их поцелуй, Алиса точно сказать не могла – может, прошло всего несколько секунд, может – минут, может – часов. Но когда он закончился, Алиса серьезно спросила у Пети:
- Что это значит?
-  Это значит, что я люблю тебя также сильно, как и это место, - глядя ей в глаза, ответил Петя.
Такого открытого ответа она не ожидала от него. Она была готова ко всему, что он мог сейчас ей сказать, но именно такого ответа она боялась и хотела больше всего одновременно. Ведь эта его фраза с одной стороны означала, что Петя перестал быть ее лучшим другом, и она снова не знала, как себя вести.  А с другой, что он стал ей еще ближе, чем тот, кого мы обычно именуем «лучшим другом». Петя незамедлительно предложил им быть вместе, Алиса, послушавшись своего сердца и памятуя о совете Веры, ответила согласием.
Они еще немного побыли на крыше, а потом Петя проводил ее домой. С этого дня начался новый этап жизни Алисы – она приблизилась к Вадиму еще на один шаг.
Поскольку теперь Алиса была девушкой Пети, как она и предполагала, ей можно было засиживаться у Вадима дома допоздна. Она встречала его с работы (разумеется, вместе с Нелли и Петей), пила с ним на кухне чай (тоже, конечно, в присутствии Пети и его матери), потом уходила домой.  Такая идиллия продлилась до лета. Потом Алиса снова уехала к бабушке. Ей трудно было расстаться с Петей, но еще труднее было отвыкнуть видеть Вадима каждый день. В деревне она снова встретилась с Веней, и мысли о Пете и его отце, отпустили ее. Это лето прошло также быстро, как и предыдущее. Несколько раз к ней приезжал Петя (в дни его приезда Алиса просила Веню не приходить, говоря, что ей хочется побыть одной). как-то незаметно подкрался тот день, когда Алисе надо было уезжать. Она попрощалась с Веней (по-настоящему попрощалась, а не так, как в прошлый раз), пообещала звонить ему и писать (такие обещания дает каждый из нас, но не каждый исполняет, а Алиса была именно такой). В тот же вечер, она встретилась с Петей, который был вне себя от радости снова видеть Алису рядом.
Начался новый учебный год, школа заполнила почти все свободное время двух влюбленных. Но Алиса, как прежде, часто бывала дома у Пети. 
Вера, с которой они иногда перезванивались, часто спрашивала ее, что она чувствует к Пете и что – к Вадиму. Алису и саму часто мучили такие размышления.  К Пете она уже привыкла и чувствовала себя с ним как-то уютно, но когда она видела Вадима (а случалось это очень часто), мир ее переворачивался с ног на голову, вся логика ее поступков исчезала, а многие слова теряли свой смысл. При встрече с ним ее охватывало странное чувство всеохватывающей радости, безраздельного счастья, эйфории. Объяснению этому не находилось, кроме того, что она была влюблена. Алиса много раз пыталась объяснить это Вере, но слов не находилось. С Петей ей было комфортно, ему не нужно было ничего объяснять или доказывать. Она понимала, что тоже любит Петю. Но если сравнить это чувство с чувством к Вадиму, то выходило, что к Пете не любовь совсем была, а какая-то безграничная привязанность, глубокое уважение, может, нежность. В какой-то момент Алиса поняла, что больше так не может. Она устала от двойственности своих чувств и хотела поступить решительно – выбрать кого-то одного. За советом она опять обратилась к мудрой Вере. Она какое-то время думала и молчала в телефонную трубку, а потом сказала:
- Признайся Вадиму и посмотри на его реакцию.
-  Я не смогу ему это сказать. Это слишком сложно для меня. У меня не получится, - твердила Алиса.
- Ну, тогда попробуй написать ему об этом. Написать-то сможешь? – спросила Вера.
- Попробую.
И Алиса стала размышлять о том, как лучше ей это сделать. Любовных записок и писем ей не приходилось писать ни разу, а потому она очень долго думала. Наконец, с пятой попытки ей удалось составить письмо более менее понятное. В нем она написала, что давно чувствует к Вадиму нечто большее, чем просто уважение и симпатию, что завидует Нелли, которая проводит с ним выходные, что стала встречаться с Петей для того, чтобы быть ближе к нему. Но она не призывала его встречаться с ней, просила не рассказывать ничего Пете, потому что он ей тоже очень дорог. Она написала, что ей очень важно его мнение о ней и что было бы неплохо, если бы у нее был хоть один шанс быть с ним.  Потом она начисто переписала текст, написала в нижнем углу свое имя и заклеила в конверт. Потом позвонила Вере, выслушала ее мнение и спросила, как ей лучше его передать. Вера посоветовала отдать письмо ему лично в руки в ближайшее время. Удобный случай подвернулся в тот же вечер – Петя после прогулки привел ее к себе домой. На пороге их встретила Нелли в фартуке и с доброй улыбкой. В квартире пахло жареной рыбой. Письмо лежало у Алисы в сумке, и девушка чувствовала, как ручки сумки обжигают ей руки. Она сняла пуховик и вместе с Петей прошла к нему в комнату, села на диван, не выпуская из рук сумку. Петя принялся что-то оживленно рассказывать ей, но она не слушала его, а с напряжением ждала прихода Вадима. Петя почувствовал ее напряжение и напрямую спросил Алису об этом. Она ответила, что просто немного нездорова. Минуты тянулись так медленно, что ей казалось, будто с момента ее прихода в эту квартиру прошло более двух часов. На самом деле прошло всего сорок минут, и, наконец, раздался звонок в дверь, и Алиса услышала в прихожей голос Вадима. Она облегченно выдохнула и стала беседовать с Петей, который теперь сидел  рядом. Они еще немного побыли вместе, а потом Алиса засобиралась домой. Петя вышел из своей комнаты вслед за ней, и она поняла, что вручить Вадиму письмо в присутствии его сына не получится. Тогда она попросила Петю проводить ее до дома, благо это было не так уж и далеко. Петя быстро оделся и попросил Вадима запереть дверь. Петя уже вышел в подъезд, а Алиса, увидев приближающегося Вадима, на секунду задержалась на пороге, якобы поднимая упавшую на пол сумку, на самом деле она торопливо вытащила белый конверт и, краснея, протянула его Вадиму.
- Что это? – спросил он.
- Письмо… вам... тебе…, - задыхаясь, проговорила Алиса, - от меня…
Она пулей вылетела на лестничную площадку и, взяв Петю за руку, побежала на улицу. где она, немного придя в себя, смогла, наконец, дышать и видеть мир в нормальном цвете.  Пете, поинтересовавшемуся, почему она так бледна, она ничего не сказала. Они молча дошли до дома Алисы и, поцеловавшись, расстались у лифта. Оказавшись дома, Алиса испытала одновременно чувство облегчения и волнения. После того, как она отдала Вадиму письмо, у нее будто гора с плеч свалилась, но и вместе с тем появилось какое-то странное чувство не то волнения, не то страха. Она долго пыталась успокоиться, но уснуть так и не смогла. Пришлось выпить успокоительного.
С этого дня в ее отношении к Пете что-то изменилось в худшую сторону. Она по-прежнему была ласкова с ним, слушала его не перебивая, высказывала свое мнение, улыбалась ему. Но иногда, ни с того, ни с сего, Алиса становилась резкой, грубой, озлобленной. Так выходило из нее постоянное напряженное ожидание реакции Вадима.  Она все так же появлялась у Пети дома, но старалась почти не встречаться с Вадимом. Петя, казалось, не замечал ее странного поведения, в отличие от наблюдательного Антона. Он часто замечал сестру с красными от слез глазами, но все его попытки расспросить Алису о причине ее слез  заканчивались неудачей. Она просто ничего ему не говорила.
Так прошло несколько месяцев. Осень сменила зима, люди стали готовиться к Новому году, праздничное настроение витало в воздухе. Но Алису  предпраздничная суета раздражала. Раздражали одноклассницы, рассказывающие о своих планах. Раздражал Петя, который все время спрашивал у нее о том, где они встретят Новый год. Сначала она говорила, что пока еще не решила. А 31-го утром вдруг  сказала ему, что мама отправляет ее встречать Новый год к двоюродной сестре. На самом деле она сама поехала к ней. С Петей они увиделись только 2-го января, когда Алиса немного успокоилась, и окружающие престали ее раздражать. Остаток каникул они провели вместе. Потом началась учебная четверть, раздражение увлеченной школой Алиса притупилось, но все-таки она иногда срывалась и плакала.
Все прекратилось, когда она однажды зашла к Пете домой за тетрадкой по биологии. Она позвонила в дверь и была сильно удивлена, увидев на пороге Вадима, а не Петю, как она предполагала, или Нелли. Он был в домашней одежде и тапочках.
- Здравствуй, Алис, проходи. Петя сейчас придет. Он вышел в магазин, - сказал Вадим.
- Ладно…, - запинаясь, проговорила девушка, входя в квартиру. – Я подожду его.
- Чай будешь? – по-хозяйски спросил Вадим.
Алиса кивнула. Она не ожидала такого спокойного поведения Петиного отца. Неужели, он не прочел ее письма? Они вместе зашли на кухню, и Алиса села за стол, а Вадим поставил на плиту чайник и присел на стул напротив нее.
- А где Нелли? – спросила Алиса.
- Уехала в Саратов к маме. Теща заболела, а Нелька поехала подлечить ее, - ответил Вадим.
Алиса молчала, рассматривая узоры на кухонной клеенке, Вадим смотрел на нее.
- А вы… ты… прочел… мое письмо? – запинаясь, спросила Алиса, не глядя ему в глаза.
Вадим какое-то время молчал, а потом сказал:
- Я знал, что ты об этом спросишь, - он достал сигареты и закурил. – Да, я прочел его. Прочел и был немало удивлен.
- Почему же?
Он усмехнулся.
- Не каждый день мне признаются в любви девушки моего сына, знаешь ли. Это толкает тебя на лестные мысли, вроде «Я еще так молод» или «Значит, я еще на многое способен» ну и так далее.
- Что… вы… ты… думаешь об этом… письме? – снова запинаясь, спросила Алиса. От волнения у нее на щеках выступил румянец. Удары сердца гулко отдавались в мозгу.
Вадим же напротив был спокоен.
- Что я думаю? Думаю, что нам нужно серьезно поговорить как двум взрослым людям. Ты согласна?
Алиса кивнула. Говорить она не могла.
- Ты написала, что давно влюблена в меня. Это так?
Алиса снова кивнула.
- Но, понимаешь, я люблю свою жену и Петю. Я не хотел бы разрушить свою жизнь и жизнь своих близких из-за чувств одной еще очень молодой особы, которая обязательно встретит на своем жизненном пути свою настоящую любовь.
Алиса всхлипнула. От доброго тона Вадима из ее глаз полились слезы.
- Не плачь, все будет хорошо. Честное слово, - он приблизился к ней и погладил по голове. – Ну, смотри, я же старый уже, плохой, неинтересный. И чем я только тебе полюбился? Петя гораздо меня лучше и привлекательнее. Он молодой, сильный и красивый.
- Но он… не такой… как ты, - всхлипывала Алиса.
- Ну, все люди разные. И он, хотя и мой сын, отличается от меня. Хотя бы тем, что гораздо моложе меня.
- И что… мне… с… этим… делать? – Алиса подняла на него красные от слез глаза.
- С чем? – не понял Вадим.
- С моим… чувством…
- А, вот в чем дело. Ну, что я могу тебе посоветовать? Ты сама должна понять, что я не тот, кто тебе нужен, для того, чтобы ты стала счастлива. Я ничего не буду говорить Пете, он так счастлив, что вы вместе. Ты просто не  представляешь, как он влюблен в тебя! Я не хочу огорчать его и думаю, что у вас все наладится. Правда? – улыбнулся Вадим, потрепав ее по голове.
Она кивнула.
- Просто… я, наверное, никогда не смогу… вас… тебя разлюбить… - Алиса снова всхлипнула.
- Ну не сразу конечно. Постепенно. А ты представляй все время, что Петя – это я, что в нем есть часть меня. Попробуй направить свое чувство в другое русло. Например, попробуй свое чувство ко мне превратить в свое чувство к Пете. Это должно помочь.
Алиса откинула волосы с лица и кивнула.
- И еще, обещай мне, что никогда не сделаешь Пете больно.
- Хорошо, - выдохнула она, - я… постараюсь.
Внезапно раздался звонок в дверь. Алиса вздрогнула. Вадим встал и вышел из кухни, на пороге обернулся и сказал девушке:
- Это, скорее всего, Петя. Выпей воды и умойся. Станет легче, я тебе обещаю.
И исчез. Алиса набрала стакан воды, выпила его почти залпом и пару раз плеснула холодной водой на лицо. Потом открыла балконную дверь и вышла на балкон. Алиса смотрела вдаль и, казалось, не чувствовала дикого холода. Кромка зимнего неба синела, шел снег.
- Алиса! – окликнул ее Петя, становясь с ней рядом и стряхивая с ее плеч снежинки. – Пойдем обратно, простудишься же!
Она кивнула, вспомнив разговор с Вадимом, и вдруг ее сердце наполнило чувство глубокой нежности к человеку, который сейчас стоял рядом с ней на морозе и виду не подавал, что замерз.
- Конечно, пойдем, Петь. Ты иди,  а я еще немного тут постою. Мне правда не холодно, -  виновато улыбнулась она.
- Ну ладно, - Петя покинул балкон.
Алиса оперлась о парапет и посмотрела вниз. На припорошенном снегом газоне сидела рыжая кошка. Алиса думала о Пете, Вадиме, своих чувствах. После ее разговора с Вадимом, в груди у нее образовалась пустота, словно из нее вырвали сердце. От рыданий болела голова. От холода и переживаний ее трясло. Но возвращаться в квартиру она не собиралась – хотелось побыть одной. Через какой-то промежуток времени – Алиса не знала – маленький или большой – на балкон вышел Вадим.
- Алис, вернись в квартиру. Замерзнешь и заболеешь, - сказал он.
- Мне не холодно. Я еще немного постою и вернусь, - ответила дрожавшая от холода девушка.
- Я же вижу, у тебя уже губы посинели. Если, стоя здесь в тоненьких юбочке и свитерочке, ты таким образом выражаешь протест, то я вынужден буду применить физическую силу и втащить тебя в квартиру. Твое здоровье дорого мне.
- Почему же? – с надеждой спросила Алиса.
- Ты девушка моего сына. А я своего сына люблю. И я не хочу, чтобы он переживал из-за тебя. Обо всем остальном мы с тобой уже говорили. Я тебя уважаю, как личность и как избранницу моего сына и не больше. Ты должна это знать. Давай забудем о письме, но будем помнить о разговоре, его содержании, выводах и…
Перед глазами Алисы вдруг поплыло испуганное лицо Вадима, крыши домов, кромка посиневшего неба. Потом наступила темнота.
Очнулась Алиса уже в больнице. Палата, в которой она находилась, была пуста и чисто убрана. За окном ярко светило скупое на тепло зимнее солнце. Алиса огляделась, и выяснилось, что она лежит на кровати у стены, выкрашенной в светло-зеленый цвет. Почему-то сильно болела голова, и тянуло левую руку. Она потрогала голову рукой и кожей пальцев почувствовала бинты. Повернулась и увидела, что в вену на левой руке вставлена иголка, а от нее тянется тонкая трубочка системы капельницы. Она откинулась на подушку и закрыла глаза. Почему-то это все показалось ей знакомым – и бинты на голове, и капельница, и светло-зеленые стены, и неудобная кровать, и пустая палата. Но что было до этого, она почему-то не могла вспомнить. Вроде она разговаривала с Вадимом, от чего-то было очень холодно, а потом вдруг все исчезло.  Алиса силилась вспомнить, что было между этими двумя событиями – ее падением в обморок (а в этом Алиса была уверена) и ее пробуждением и сколько между ними прошло времени. Но тщетно, память ее молчала.  Она помнила лишь то, что было до этой всепоглощающей темноты, какого-то странного полусна, содержание которого вспомнить было невозможно. Она хотела было встать, но сильное головокружение не дало ей даже оторвать голову от подушки. Тогда Алиса закрыла глаза и уснула. Сон ее был тяжелым. Она несколько раз пыталась проснуться и даже на миг открывала глаза, но пелена сна так и не отпускала ее до самого вечера. Несколько раз ее будила худенькая медсестра. Сначала она просто заглянула в палату, а потом убрала капельницу. Проснулась Алиса, когда зимнее небо уже почернело, и две-три неяркие звезды выглянули из-за огромной снежной тучи. Она открыла глаза и огляделась. На тумбочке в пакете лежала еда, которую родители принесли во время ее сна. Там же лежала записка: «Были у тебя в 15.40. Не захотели будить, врач сказал, что тебе нужен отдых. Завтра придем в это же время. Сегодня вечером позвоним на пост медсестре, может тебя позовут к телефону. Если нет – не расстраивайся и поскорее выздоравливай. Целуем. Родители». Алиса улыбнулась и принялась за ужин.
На следующий день девушка попала на прием к врачу. В кабинете у него стоял большой стол, кресло и кушетка. В кабинете кроме входной двери было еще две. Алиса уселась на кушетку и принялась ждать прихода Николая Дмитриевича. Он появился почти сразу – вышел из дополнительной двери. Пока он мыл руки, Алиса любопытно рассматривала его. Это был пожилой мужчина с седыми волосами и добрыми  голубыми глазами.
- Ну-с, приступим. – Он сел за стол, надел очки и взял в руки стопку с историями болезней. Ваша фамилия? - спросил он.
Алиса назвала ее.
- Мгм. Вот ваша история. Поступила в обморочном состоянии. Предварительный диагноз – переохлаждение. До этого поступала к нам с предварительным диагнозом «вегетососудистой дистонии». Головные боли мучают? – спросил Николай Дмитриевич, осматривая ее.
- Да, бывает.
- Волнуешься часто?
- Да.
- Без шапки, наверное, ходишь?
- Иногда.
- За компьютером, телевизором, уроками много времени проводишь?
- Да.
- Плачешь часто?
- Да.
- Из-за чего же? – совсем другим тоном, более дружественным, спросил доктор.
Алиса глубоко вздохнула, придумывая причину.
- Из-за безответной любви, отношений с друзьями, неудач в учебе.
- И все?
Девушка кивнула.
- Ну, голубушка, если будете из-за такой ерунды плакать, вас ненадолго-то и хватит.
Алиса молчала.
- В вашем возрасте плакать вредно. Очень вредно. Тем более из-за пустяков. Ладно, не мое это дело, учить вас. Мое дело – лечить вас. Этим-то я и займусь. Назначаю вам сдачу анализов. Результаты будут готовы – снова увидимся с вами.
Алиса кивнула. Потом встала, попрощалась с доктором и вышла из кабинета.
Несколько дней до их следующей встречи прошли довольно однообразно. Ранним утром было измерение температуры, потом сдача анализов, завтрак, потом обычно она до обеда лежала в палате и слушала плеер или читала журнал, потом был обед, тихий час, потом приходил Петя, и они шли с ним гулять, или ее навещали родители. Потом ужин, измерение температуры и отбой. Из долгих разговоров с родителями и Петей, в которого она, кажется, снова влюбилась, Алиса узнала, что происходило между моментом ее отключения и моментом, когда она уже очнулась. Из уст Пети история звучала так. Вадим звал Алису вернуться в квартиру, она сопротивлялась, а потом упала в обморок. Вадим успел ее подхватить, но во время падения она немного ударилась головой о парапет (поэтому-то в первый день у нее была повязка на голове). Потом Вадим отнес ее на диван («Прикольно»,- подумала Алиса, - «оказывается, он носил меня на руках! Интересно, каково это?») позвонил ее родителям, а те отвезли ее в больницу. Из уст ее мамы история звучала почти так, если не считать того, что была переполнена всякими оханьями, рассказывалась взволнованным голосом и сопровождалась всякими наставлениями.
Через несколько дней она снова попала на прием к доктору. Николай Дмитриевич просмотрел ее историю болезни, результаты анализов, назначил лекарства и процедуры. После посещения Алисой его кабинета ее распорядок дополнился такими пунктами, как прием лекарств (после каждого приема пищи) и посещение процедур (в промежутке между завтраком и обедом).
Пока Алиса находилась в больнице, у нее было много времени подумать и разобраться в своих чувствах.  С каждым приходом Пети она понимала, что все больше привязывается к нему, чувствует в нем потребность. После ее разговора с Вадимом в ней будто поселилась другая Алиса, нежная и внимательная. Иногда, бывало, в ней все-таки просыпалась прежняя Алиса, капризная эгоистка, которой нужно было обязательно поскандалить, испортить кому-нибудь настроение, разругаться с кем-нибудь.  Но такие моменты случались нечасто и преимущественно происходили, когда Алиса была одна. Постепенно она научилась управлять своими эмоциями, и вскоре окружающие заметили разительные перемены в поведении Алисы. И Петя в том числе. Их отношения наладились, чему он был несказанно рад, потому что был влюблен в Алису настолько сильно, насколько  только может быть влюблен 15-летний парень. Он очень волновался за здоровье Алисы, хотел проводить с ней как можно больше времени, и поэтому старался бывать у нее каждый день. Первые дни из отделения ее не выпускали, а лишь давали время немного пообщаться в коридоре. Но потом, когда пожилой няне надоел громкий смех Алисы, ей разрешили совершать сначала получасовые, а затем и полуторачасовые прогулки по территории больницы. Алиса, измученная больничным одиночеством и обстановкой отделения, с нетерпением ждала прихода Пети. А Петя, скучавший без присутствия Алисы, с нетерпением ждал тех минут, когда он откроет дверь отделения и увидит радостную Алису, ожидающую его. Потом они немного говорили в отделении, затем Алиса бежала в палату переодеваться и отпрашиваться у медсестер, и через пять минут уже  бежала обратно. Потом он брал ее за руку, и они вместе шли гулять и разговаривать, разговаривать, разговаривать.
Так продолжалось около двух недель. Алисе почти удалось избавиться от своего чувства к Вадиму и заново влюбиться в Петю, когда однажды он пришел не такой как всегда. В тот день Алиса как всегда пришла к дверям, ведущим на улицу из отделения, присев на кушетку, стала смотреть в окно, ожидая прихода Пети. Он пришел немного позже обычного и был чем-то взволнован. В глазах его читалась тревога, на щеках играл нездоровый румянец. Он был угрюм и немного агрессивен. Он не поздоровался с Алисой, обошелся без приветственного поцелуя, когда вышли на улицу отдернул свою руку, когда Алиса попыталась взять его ладонь в свою. Она несколько раз пыталась выяснить, в чем причина его столь странного поведения, но он все время отнекивался вроде того, что устал или просто задумался. По его лицу было видно, что он хочет о чем-то спросить Алису, но не решается. Наконец, он остановился и, посмотрев ей в глаза, спросил:
- Ты меня любишь?
Алиса не задумываясь ответила:
- Конечно, а что?
- Ты именно меня любишь?
Она улыбнулась.
- Да, Петь, представь себе, я именно тебя люблю.
- И никогда не стала бы встречаться со мной ради… каких-то своих целей?
Алиса не поняла его намека и ответила:
- Ты чего, Петь? Ты здоров?
- Нет, Алис, ответь, - горячился он. – Ты бы стала встречаться со мной ради своих целей, притворяясь, что влюблена в меня?
-Нет, не стала бы. А почему ты так этим заинтересовался?
- Да так, просто.
Алиса догадывалась, что эти его вопросы не случайны, но понять к чему он клонит, так и не смогла. Петя потом успокоился, стал вести себя почти так, как прежде, но только иногда его глаза снова загорались тревожным огнем, и он так смотрел в глаза Алисе, будто хотел увидеть то, что творится  у нее в душе, куда уже начали закрадываться подозрения.
Но Алису в скором времени выписали, она снова пошла в школу, где на некоторое время была выбита из колеи новыми темами, понятиями и тем материалом, который был пройден в ее отсутствие.
Наступила весна. Пришла пора готовиться к экзаменам. Алиса так была поглощена этим, что не сразу заметила странное поведение Пети. Он снова стал агрессивным, замкнутым, раздражительным. Но серьезно поговорить с ним и выяснить в чем дело у Алисы не было времени. И поэтому она была вынуждена терпеть. Почти целый месяц они виделись украдкой – немного в школе да чуть-чуть по дороге домой. В атмосфере общей суеты в подготовке к экзаменам разговаривать на серьезные темы было бесполезно. Но как только начались весенние каникулы, Алиса сразу же вызвала его на серьезный разговор. Оказалось, причиной Петиных «заскоков» стал его разговор с матерью, которая сказала ему, будто Петя на самом деле не нужен Алисе, поскольку она любит его отца. Дрожащим от волнения голосом Алиса опровергла это. Все вернулось на круги своя. Петя снова стал добрым и мягким, а Алиса покорной и внимательной. Какое-то время ей даже казалось, что так будет всегда. Но разрыв произошел вскоре.
Петя ворвался к ней в дом как ураган и едва сдерживаясь, чтобы не раскричаться, позвал ее гулять, как он тогда сказал «поговорить о важном». Алиса быстро оделась и несколько минут спустя они уже сидели на скамейке в их любимом скверике, недалеко от дома Алисы.
- Помнишь наш разговор в больнице? – срывающимся от волнения голосом спросил Петя. – Когда я спросил, стала бы ты встречаться со мной ради своих целей.
- Помню, - ответила Алиса. – Я тогда ответила тебе, что не стала бы.
- Зачем ты соврала? – Петя вскочил со скамейки. – Зачем ты обманывала меня? Ты любила его, а не меня! Все это время ты врала мне, притворялась влюбленной!
- Я тебя не обманывала, я действительно люблю тебя, - прошептала испуганная Алиса. – О чем ты говоришь?
Губы Пети побелели от гнева.
- Вот о чем! – он бросил ей на колени письмо к Вадиму.
Она ахнула.
- Петечка, ты все не так понял!
- А как еще  я должен был понять? Ты здесь сама написала, что встречаешься со мной только из-за него! Разве это не так?
- Нет, это так, но это было давно, когда мы только начали встречаться! А потом я полюбила тебя по-настоящему! – Алиса заплакала. – Я сильно привязалась к тебе и сейчас я просто не представляю своей жизни без тебя!
- Я не верю тебе!
- Поверь, это действительно  правда! – кричала Алиса, и слезы лились из ее глаз. – Где ты взял это письмо?
- Мама дала его мне. Сказала, что мой отец – предатель. Теперь-то я понял, почему ты тогда упала в обморок у меня на балконе. Ты пришла, пока меня не было дома, и мама была в Саратове. Ты пришла и… он… и вы… А я так доверял ему! И тебе! Я ненавижу вас обоих!
- Твой отец замечательный человек! Он тогда объяснил мне, что ты гораздо лучше его, он убедил меня в этом! И я… я влюбилась в тебя именно тогда! – Алиса, крича, вскочила на ноги. Выглядела она в этот момент не лучшим образом:  волосы растрепались, лицо покраснело, нос опух, а глаза сузились.
- Я не верю тебе!  - повторял Петя. В его глазах тоже блестели слезы, но он не плакал.
- Петя, прости меня! Я на самом деле люблю тебя, а это письмо… оно очень старое… Я написала его тогда, когда была недовольна нашими отношениями, когда была готова разорвать их! Но сейчас… Петя, ты действительно мне нужен! Ты очень дорог мне, поверь! Я не хотела тебя обидеть!.. Я не думала, что так выйдет!.. В тот день я зашла к тебе за проклятой тетрадкой по биологии, но тебя не оказалось дома! Я не виновата! Прости меня!
- Ты лжешь!
- Мы с твоим отцом просто поговорили, и я поняла, что мне нужен только ты! – от крика и слез голос Алисы стал хриплым, срывающимся. От ветра полы джинсового плаща разлетались в разные стороны. – Прости меня!
- Ты лгунья, Алиса! И я больше не хочу тебя знать! Я жалею, что потратил на тебя свое время, и душевные силы! Прощай! – он развернулся и зашагал прочь.
- Петя, вернись! – кричала Алиса. – Не уходи! Прости меня!
Слезы крупными каплями, дрожащими на ветру, катились по ее лицу и падали на воротник плаща. Какое-то время она смотрела ему вслед, сжимая в руках письмо, а потом опустилась на скамейку и закрыла лицо ладонями. Петя ушел. И вместе с ним ушла часть ее души, способная к чистой, настоящей любви.

0

2

классно!!мне понравилось :)

0